— Ну разумеется!

Каролина облизала пересохшие губы. Она не решалась встать с кресла, боясь, что у нее подкосятся ноги.

— Ты даже не поинтересовался здоровьем отца.

— Грейнджер мне все рассказал.

— Значит, тебе известно, что он умирает?

— Да. И почему-то пожелал со мной увидеться. Чудеса — да и только! — язвительно усмехнулся Ринк.

Каролина вскипела и, уже не думая, выдержат ли ее ноги, вскочила с кресла.

— Как тебе не стыдно, Ринк! Твой отец — старый больной человек. Он совсем не такой, каким ты его помнишь.

— Да он до последнего вздоха останется самим собой.

— Давай не будем спорить.

— А я и не спорю.

— А я не позволю тебе его расстраивать! И огорчать Лауру Джейн с Хейни — тоже. Они так мечтали тебя увидеть!

— Ты мне не позволишь? Ну надо же! Да ты никак возомнила себя тут хозяйкой?

— Прошу тебя, Ринк, не надо! Нам и так будет трудно в ближайшие недели…

— Знаю, знаю! — вздохнул Ринк.

Каролина, опасавшаяся уронить стакан с чаем, поставила его на перила крыльца.

— Я тоже жду не дождусь встречи с ними, — пробормотал Ринк, покосившись на конюшню. — Лаура Джейн недавно выходила из дома, но я не решился выступить из темноты — вдруг, думаю, испугается? Когда мы расставались, она была совсем крошкой. Даже не верится, что у меня теперь такая взрослая сестра.

Каролина вспомнила, как Лаура Джейн и Стив склонились над жеребенком, и натруженные пальцы Стива прикасались к ее щеке. Интересно, как Ринк отнесется к тому, что у его сестры роман с конюхом? Каролина предпочла об этом не думать.

— Да, она уже действительно взрослая, Ринк.

Каролина почувствовала на себе его испытующий, оценивающий взгляд, который подействовал на нее, словно подогретый бренди. Ее бросило в жар.

— А ты… — тихо спросил Ринк, — ты тоже повзрослела, Каролина? Ты стала женщиной, да?

Поразительно! Она совсем не изменилась! Только красота ее еще больше расцвела.